free html templates
Mobirise

АТЛАНТИКА
март - апрель 1942

Mobirise themes are based on Bootstrap 3 and Bootstrap 4 - most powerful mobile first framework. Now, even if you're not code-savvy, you can be a part of an exciting growing bootstrap community.

Choose from the large selection of latest pre-made blocks - full-screen intro, bootstrap carousel, content slider, responsive image gallery with lightbox, parallax scrolling, video backgrounds, hamburger menu, sticky header and more.

Sites made with Mobirise are 100% mobile-friendly according the latest Google Test and Google loves those websites (officially)!

Mobirise themes are based on Bootstrap 3 and Bootstrap 4 - most powerful mobile first framework. Now, even if you're not code-savvy, you can be a part of an exciting growing bootstrap community.

Choose from the large selection of latest pre-made blocks - full-screen intro, bootstrap carousel, content slider, responsive image gallery with lightbox, parallax scrolling, video backgrounds, hamburger menu, sticky header and more.


    В Кейптауне Английское командование сообщило С.М.Сергееву обстановку в Атлантическом океане. На линии Кейптаун – Нью-Йорк действуют немецкие подводные лодки. С начала года они перенесли свои действия от берегов Европы сначала к восточному побережью США, а затем в Карибское море, Мексиканский залив, район Антильских и Бермудских островов. В южной Атлантике предположительно действуют немецкие рейдеры «Михель» и «Штир». Путь к Панамскому каналу оказался крайне опасным.

    И тогда С.М.Сергеев решил обмануть немецкую разведку, которая, как он считал, действовала здесь. С этой целью он сообщил местным репортерам о том, что «Микоян» идёт в Нью-Йорк. Это сообщение было опубликовано во всех местных газетах и передано по радио. Для пущей убедительности закупили коров, овец, и, как в былые времена, поместили животных в деревянные клетки на верхней палубе. Свежее мясо рассчитывали использовать для питания в походе. «Микоян» был готов продолжить путь, но неожиданно пришлось задержаться. На выходе из Кейптаунского порта были обнаружены мины. (Немецкое судно снабжения подводных лодок «Доггербанк», бывшее английское судно «Спейбанк». поставил некоторое количество мин возле мыса Доброй Надежды). Тральщики обследовали фарватер и вытралили 20 мин. Английское командование предложило командиром кораблей и капитанам судов, находящихся в порту, заранее информировать командование порта о времени выхода, чтобы оно могло обеспечить траление. Но капитан 2 ранга С.М.Сергеев и на этот раз решил уйти незаметно. Ночью, 26 марта, бесшумно снявшись с якоря, ледокол покинул Кейптаун. На всякий случай действительно некоторое время шли как бы в Нью-Йорк. Но в пустынном районе Атлантики изменили курс. С.М.Сергеев выбрал другой, более длинный путь – обогнуть Южную Америку, и восточной частью Тихого океана идти на Дальний Восток. Ледокол пошел к берегам Южной Америки.


    26-го марта 1942 года "Микоян" снялся с якоря, и штурманы проложили курс к берегам Южной Америки, причем съем с якоря и обратную постановку на него нам пришлось производить три, не то, даже четыре раза к ряду, одно за другим. Это происходило по той причине, что всякий раз, как только "Микоян" начинал поднимать якорь или уже полностью поднимал его, готовый к отходу, английская морская разведка доносила о появлении у южноафриканского побережья неопознанных подводных лодок (надо полагать, японских, а возможно и немецких), ожидающих нашего выхода в океан, и выход приходилось откладывать до более благоприятного времени и случая. Разумеется, и японское, и немецкое командование ВМС через свою вездесущую агентуру уже узнало о приходе в Кейптаун такого крупного и такого ценного советского корабля, каким являлся наш "Микоян" и, надо думать, что все командиры из подводных лодок и рейдеров, действовавших в этих южных районах Атлантики и Индийского океана, уже получили соответствующий приказ на этот счет.

    Встреча с ними не сулила нам ничего хорошего. Это был бы наш трагический и бесславный конец. Но и ожидать более благоприятных условий для перехода через Атлантику уже также было нельзя. Это ожидание могло затянуться на слишком долгое время. Уменьшение же его риска при этом никак и ничем не гарантировалось, а возможно и наоборот, даже многократно и увеличивало его. На войне, как на войне. Необходимо было рисковать.

    Поэтому 26-го марта командир корабля, несмотря на предупреждения и отговоры прибывших на корабль чинов английской морской разведслужбы, не внял им, а деликатно и вежливо препроводив их на берег тут же дал команду: "По местам стоять, с якоря сниматься!" Винты, взбурлив воду за кормою корабля, дали ему ход, с каждым своим оборотом все более удаляя его и от побережья самой южной оконечности Африки и от раскинувшегося на нем большого и красивого портового города Кейптауна. Вскоре и город, и само побережье скрылись из видимости наших глаз, как бы растворившись в светлой лазоревой дымке над бликом водной глади. Перед нами во всю свою необъятную и необозримую ширь лежал могучий и грозный Атлантический океан, на просторах которого в разное время в ожесточенных боях и сражениях нередко решалась судьба и участь многих кораблей и целых флотов, конфликтовавших, противоборствовавших держав. Но фортуна нашего счастья и благоволение Всевышнего, как и прежде, продолжали благоприятствовать нам.

    Этот переход через Атлантику был исключительно тяжелым и опасным для нашего тихоходного и совершенно безоружного ледокола. По сведениям той же английской морской разведки, только в средних и южных широтах этого океана находилось и активно действовало в то время до тридцати немецких подводных лодок. Помимо них, на этих же, издревле проторенных морских дорогах, выслеживали и топили корабли наших союзников и несколько немецких рейдеров.

Из воспоминаний Н.И. Кузова

    Отдаем швартовы, прощальный гудок. Нас провожают тысячи людей, буквально все работники порта. Желают счастливого плавания. Впереди грозная южная часть Атлантики. Первые несколько суток океан спокоен, в ночное время на больших водных площадях океан "горит". Горит голубоватым светом, то переливаясь, то затухая, то снова возгораясь по мере усиления или уменьшения волны, такое впечатление, что подожжено необъятное поле стерни после жатвы, только пламя не красное, а голубое. Мириады микроскопических живых существ, начинённых фосфором, под действием легкой волны создают горящий фон на поверхности воды. Это неописуемо красивое зрелище.

    Ледокол опускается к более высоким южным широтам, избегая опасной встречи с подводными лодками.

    Погода портиться, ветер усиливается, волны все выше и выше. Устойчивость ледокола еще удерживается, наверное, помогают "крылья". Но шквальный ветер переходит в ураган. На гребнях волн уже не просто пена, сплошная водяная пыль. Оставшийся не сожженный уголь с палубы снесло, как метлой. Ледокол раскачивает все больше и больше, вода сотнями тонн перекатывается через палубу. Принимаются меры по спасению живого мяса, идет убой, иначе все снесет с палубы.

    А ураган усиливается, тысячи тонн воды наваливаются на ледокол, он уже черпает воду бортами. Поплыли с борта заграждения для угля, а вместе с ними и уголь, который не успели сжечь в топках. Нос ледокола буквально зарывается в океанскую пучину, волны достигают не менее 15 метров высоты. Ледокол бросает как щепку в бешеном круговороте. Все отверстия, какие только есть на судне, задраены, на палубу выходить запрещено Температура воздуха, несмотря на лето, понизилась до 10 – 12 градусов. Грозная стихия психологически и физически перестроила всех моряков. Даже те моряки из экипажа, подверженные морской болезни, чувствуя силу стихии, как неизбежное явление, стойко переносили это качание, и никто не сходил со своей вахты. Нужно держать пар на марке, нельзя расслабляться — это смерти подобно. Из 17 суток похода было 12 суток жестокой борьбы со стихией. 

 Из воспоминаний Г.М. Гладуша

   Попали в полосу жестоких штормов, первый же смыл с верхней палубы клетки с животными. Качка достигала 56 градусов, корабль бросало словно щепку. Иногда океан затихал, чтобы обрушиться с новой силой. Пострадала носовая надстройка, тяжелые стальные двери сорвало и унесло в океан. Это были печально известные морякам «ревущие сороковые». Тропическая жара не спадала даже ночью. Чтобы облегчить несение вахт, С.М.Сергеев приказал выдавать кочегарам, машинистам и мотористам ячменное пиво, холодный чай и воду, подкрашенную вином. С.М.Сергеев не сходил с мостика. Штурман Н.Марлян и его помощник А.Фаворов, рулевые изнемогали от усталости. Так продолжалось семнадцать суток.


Mobirise

Надпись на обороте: Арабчик - друг капитана.
Пес Арапчик - подарок египетского шипчандлера [ship chandler - снабженец корабле]. Щенок был.
В Тихом океане сбесился. Выкинули шторм. пес бегает, воет, мол, отдохнуть негде. 


   Океан третьи сутки мотает безбожно и страшно. Скука, убийственная скука, все одно и тоже, и главное – физически утомительно. И гложет дума – где же моя любовь, доходят ли мои письма до нее.

    Скука сжирает меня. Единственное развлечение – мой придворный черный песик - Арапчик. Он очень симпатичный и смешной песик. Любит меня просто и предано, как могут любить собаки. Он отлично понимает мое настроение и вполне способен развлечь и стереть черную полосу. И на мой возглас, когда я не вижу его, что, мол, капитан страшно загрустил и скучает, и очень хочет видеть Арапчика, эта славная псина появляется из-за угла, как тень, и скромно сидит напротив меня, показывая, что он готов развлечь капитана. Подлец наблюдательный, умный.

 Из дневника капитана корабля, С.М.Сергеева.

    От крайне опасных, а потому и совершенно нежелательных для нас встреч и с подводными лодками и с рейдерами противника, так жаждавшими встречи и расправы с нами, нас, видимо, избавил и жесточайший шторм, разразившийся в ту пору в этих южных широтах Атлантики и нещадно трепавший наш "Микоян" едва ли не всю дорогу от Кейптауна до Монтевидео. Особенно же свирепым и грозным он пришелся на 3,4,5,6 и 7 апреля. Трепанул так, что и вспомнить страшно. Но ничего, выстояли, выдержали. Надо полагать, что в полосе этого шторма оказались и корабли противника, возможно, ожидавшие и подстерегавшие нас на этом направлении. Но в таких сложившихся экстремальных погодных условиях, в таком разгуле и буйстве разъяренной стихии им, видимо, было уже не до нас. Полагаю, что свою положительную роль в благополучном переходе через Атлантику сыграла и та обманная информация, какую сообщил командир корабля на одном из приемов, незадолго до нашего ухода из Кейптауна, на котором присутствовало и несколько местных журналистов, сообщив им, что из Кейптауна "Микоян" уйдет в Нью-Йорк, а из него через Рейкьявик (Исландия) - на Мурманск. Что и было тут же передано в печать и на радио. Такая информация сбила представление противника о возможном маршруте нашего перехода и сделала свое дело.

Из воспоминаний Н.И. Кузова

   Тяжело переваливаемся с волны на волну, мы – пешки.

    На Зюйд – Зюйд–Вест - идем на запад. Примерно этим путем шли в далекие прошлые века Васко Де Гама, Магеллан. И век чувств и попытка на парусных каравеллах пересечь океан. Какие смелые люди! Надо им было терпение и мужество медленно, стремительно медленно пройти по необозримым просторам океана, не зная его путей. И не удивительно после таких переходов кончить разбег на первом попавшемся берегу. Часто попадали они в руки дикарей-людоедов, судьба предназначала им быть съеденными без соли.

    Я часто, как и Магеллан, смотрю на Запад и, видимо, даже мысли в основном одинаковы, мы разговариваем с ним, а о чем, я умолчу. Хотя нас разделяет огромное время истории.

                                                * * *

Потрясающе красивое зрелище захода солнца в океане. Трудно описать это видение и игру цветов. Я думаю, если бы был настоящий художник , при виде этого неба, солнца и этих тонких золотых лучей... он, вероятно, затрясся бы от своего бессилия, узрев эту красоту природы. Я тоже трясусь от бессилия и восхищаюсь виденным, и прощаю Океан и морскую службу за её нудность, безнадёжную скуку и за трудность. Ещё раз - тебе привет, Природа!

                                                * * *

Черт возьми, океан прекрасен до невозможности. Я счастлив, что имею глаза. Еще и еще раз – благослови, Природа!

 Из дневника капитана корабля, С.М.Сергеева.

   Мы, спустившись на 34-й градус южной широты, где нас меньше всего ожидали, благополучно (исключая разразившийся шторм), пересекли по ней Атлантический океан и утром 12-го апреля 1942 года вошли в порт и столицу Восточной Республики Уругвай город Монтевидео. 

Из воспоминаний Н.И. Кузова

Mobirise
Корабль в 12-бальный шторм.
https://trendymen.ru/lifestyle/art/126737/
Такой шторм сопровождается средней скоростью ветра более 118 км/ч и волнами более 14 метров в высоту.
https://en.wikipedia.org/wiki/Beaufort_scale

ФОТОГРАФИИ НА БОРТУ
Кинопроектор, живые консервы, пес Арапчик

© Copyright 2020 Svetlana Tokareva, Elena Kallo - All Rights Reserved